Сказка-притча по мотивам японского эпоса рассказывает о любви, корыстолюбии и о том, как тяжело выполнить обещание, данное легкомысленно.
Мы привыкли, что детские спектакли — веселые спектакли. Премьера, прошедшая на сцене Тюменского театра кукол 19 сентября, в этом ряду стоит особняком. «Невеста обезьяны» — печальная и очень глубокая история, она адресована не только детям, но и их родителям. Сказка-притча по мотивам японского эпоса рассказывает о любви, корыстолюбии и о том, как тяжело выполнить обещание, данное легкомысленно. Было у одного крестьянина три дочери. И было поле, которое старик уже не мог обрабатывать. И обратился тогда он за помощью к обезьяне — самому ловкому, умному и сильному из племени по имени Ямаичи. А за эту услугу он пообещал отдать обезьяне в жены одну из своих трех дочерей. Старшая дочь — гордая и своенравная — отказалась. Средняя дочь — хитрая и лукавая — отказалась. И лишь младшая — покорная и добрая Ётэко — согласилась уйти из селения и стать женой Ямаичи. Узнав своего суженного, девушка влюбилась в обезьяну, но счастье их было недолгим. История напоминает всем известную в России сказку Аксакова «Аленький цветочек», но завершается японская притча трагично — Ямаичи погибает. Как рассказал «Вслух.ру» режиссер Сергей Грязнов, этот спектакль он поставил в 2004 году во Владивостоке, на сцене молодежного театра он идет до сих пор. Он был дважды показан на международных биеннале во Владивостоке, и с успехом прошел в Японии. Спектакли, поставленные во Владивостоке и Тюмени — не братья-близнецы. «Они не похожи хотя бы уже потому, что в них заняты разные труппы. Если во Владивостоке маски мешали актерам, то в Тюмени — нет. Там актеры на 10−15 лет старше, чем у нас, а значит, в тюменском театре больше возможности работать с пластикой». «Предложение поставить спектакль поступило от японцев. Когда я за него брался, мне было очень сложно. Дело в том, что легенда о Ямаичи и Ётэко для японцев то же самое, что для нас „Теремок“. Только ленивый не поставил этот спектакль, уже есть два фильма, опера, балет. Сюжет притчи никого в Японии не удивит, он очень популярен, отметил режиссер.- Более того, легенда в Японии живет — есть мост Ямаичи на месте, где, как считается, он утонул; есть озеро Ётэко, которое образовалось из ее слез, когда она оплакивала любимого. Мне же нужно было поставить спектакль и для японского, и для русского зрителя. В чем еще сложность — российскому ребенку нужен хэппи-энд. Но он здесь невозможен». Отметим, что в Японии несколько видов традиционного театрального искусства. Сергей Грязнов обратился к театру Кёгэн, который сложился в полноправный театральный жанр одновременно и параллельно с музыкальной драмой, Но в первой половине XIV века. Фарс обращался к жизни, к реальному человеку средневековья, его герои говорили сочным, разговорным языком, а конфликт разрешался всегда реальными средствами, без вмешательства потусторонних сил. Потасовки, беготня, преувеличенная жестикуляция действующих лиц делали постановки очень динамичными. Сергей Грязнов использовал традиции средневековых фарсов в своей постановке. Режиссеру в ходе работы над спектаклем давал мастер-классы руководитель одного из театров Японии. Как и в традиционных спектаклях Кёгэн, декорации «Невесты обезьяны» очень лаконичны. Белое полотнище напоминает пагоду, огромные веера превращаются то в горы, то в крышу дома. Такие же неожиданные метаморфозы происходят с костюмами актеров. За считанные секунды халат крестьянина меняется на звериную шкуру, на лицах появляются маски, и вот перед зрителями уже не жители деревни, а стая обезьян. Так же легко происходит и обратное перевоплощение. Огромную роль играет световое оформление, в частности, оно служит для разграничения сна и яви на сцене. Как рассказал Сергей Грязнов, в спектакле порядка 180 перемен света. По этой причине постановка немного ездит по гастролям.
